(Запись сделана от Галины Петровны Шумиловой, 1932 г.р., с. Гонобилово (Запорожец В.В., 1996))
Шел солдат, прослужил три года на границе. Идет он, нахмурился. Хвать, стоит сосна толстая-претолстая, лесом он шел. Он открыл глаза — ведьма стоит. Ведьма:
- Здравствуй, солдатик! Далеко ли путь держишь?
- Домой вот иду, ведьма! Отпуск, три года отслужил. На границе отслужил, служба была нелегкая.
- Видишь вот у меня на сосне дупло?
- Я не слепой, вижу!
- Полезай вот в это дупло, у меня там на столе лежит Огневой шарик. Вот возьми его в карман и мне крикни, я тебя вытащу оттоль.
Я,- говорит, - тебя награжу!- она ему говорит.
Он спустился оттоль вниз, шарик лежит, он его в карман положил. Дверь, он открыл дверь, там сундук и собака лежит, она его не тронула. Он открыл сундук - медных полон сундук. Надо положить в карман, положил медных денег. Еще дверь. Он говорит:
- Вот так ведьма! У нее сколько комнатов-та!
Открыл, там опять сундук, собака сидит. Собака его не тронула. А там серебра полон сундук. Он эту медь-то положил в кучку, серебра наклал. Еще дверь. Отворяет третью дверь. А там собака ужасная, страшная. Она его не тронула. Он открывает сундук, а там золота целый сундук! Солдат обрадовался - золото-то! Серебро высыпал, в сапог набрал золота, и в карманы, и в шапку, везде золото. Теперь вышел - собаки его не тронули.
- Эй, ведьма, тащи меня!
Вытащила:
- Давай мне огневой.
Он говорит:
- Зачем тебе огневой, ведьма? Зачем тебе огневой - людей грабить? Награбила три сундука - хватит с тебя!
- Давай мне огневой, мне без него нельзя!
Он говорит:
- Не дам я тебе огневой!
Пошел у них спор. Он как размахнулся, дал ей по башке и убил ее:
- Вот тебе огневой!
Пошел в магазин. Приходит в магазин:
- Дайте мне самую хорошую рубашку, дорогую!
Расстелил, с себя скинул шинель:
- Мне эта надоела, три года я ее носил.
Расстилает шинель, скинул с себя гимнастерку, ему подают дорогую рубашку. Надел на себя:
- Дайте мне дорогие брюки.
Он зашел, скинул с себя эти военные брюки, свернул, кладет все на шинель.
- Дайте мне самые модные туфельки.
Подают ему модные туфли. Нарядился он, надел туфли, сапоги с себя скинул, портянки в сапожки, все в шинель завернул и у уголушек положил.
-Дайте мне теперь костюм хороший.
Ему дали-костюм.
- Ну, подсчитайте, сколько я вам должен,
Насчитали ему, он вынимает им золото. Они:
- Ой, солдат-то! Гдей-то он столько золота взял!
Расквитался он с ними и пошел:
- Пойду гдей-то подработаю.
Идет он. Пришел, а тут барин с барыней жили.
- Вот, - говорит,- я туг наймусь к ним и подработаю!
Пришел, три дома прошел, в четвертый зашел - пустой он, никого нет.
- Вот, - говорит, - поживу тута. Постель накрыта, стол накрыт, может тут какая старушка живет, вот и квартира моя будет.
Тут ночь темная приходит - никого нет. Говорит:
- Они наверное в город уехали, останусь я тут и поживу.
Повесил он свой костюм, брюки. Лежит он - не спится ему. Хвать, в двенадцать часов ночи услыхал где-то плачут и говорит:
- Огневой! Ступай, сбегай узнай, кто и где плачет!
Огневой побег, говорит:
- Плачет девушка, сидит на балконе и плачет!
- А ты можешь мне ее принести.
- Да принесу, - говорит, - я все могу.
Вот Огневой принес эту девушку, он говорит:
- Что ты, моя дорогая, плачешь? Ночь темная, а ты плачешь?
- Как мне не плакать, у меня отец барин, мать барыня, меня никуды не пускают, только вот прислугу зовут теть Таней, прислуга да я. Сижу на балконе, меня даже никуды не пускают.
- Почему тебя никуды не пускают? - он говорит.
- Боятся, меня украдут!
- Да что это тебя украдут?
- Да, да, да, как бы меня не украли! Я у них одна. Они меня берегут.
- Ах ты, моя дорогая, как мне тебя пожалеть? Ночуй у меня.
- Нет, что ты! Меня тетя Таня хватится. Всю деревню соберет, на ноги подымет. Тебя заберут, посадят. Меня-то не заберут, а тебя заберут и посадят.
- Ну, чем я могу тебя дорогая, пожалеть? А, батюшки! Дай я тебя поцелую!
- А меня никто не целует, только что мама целует.
- А папа тебя не цалует?
- Нет.
- Значит он тебя не любит.
- Чей-то, он любит, только никогда не целует.
- Ай, ты моя дорогая!
Она говорит:
- Батюшки, как бы меня теть Таня не хватилась. Побегу.
Он говорит:
- Куда ты сейчас побежишь. А ну-ка, Огневой, понеси ее.
Он ее взял, отнес ее, она и не спит:
- Ой, какой хороший!
А он красивый был солдат-то.
- Ой, какой красивый он, да какой хороший. Как он меня жалел, как он меня уговаривал.
Не спит она. Тепереча прислуга несет ей:
- Лен! Чего тебе покушать?
- Принеси мне покушать щи и сладкого чаю.
Ее и обедать не спускали вниз-то. Она ей несет чаю.
- Это что у тебя губы какие?
А он ее целовал. Целовал.
- Что это у тебя такие губы толсты?
- У меня зубы болят.
- Ну, зубы болят, только десны и щека распухнет, а губы не от этого болят.
- Я тебе сейчас расскажу. Да я спала, а мне приснился сон, - она ей начала врать, - приснился сон, приходит ко мне парень, кто - не знаю я, и вот он меня поцеловал.
- Эх ты, дура, черт приходил, враг ведь он, тебя удушит, дура.
- Ну, и пускай удушит, ну и что, пускай душит.
Теперь приезжают мать с отцом в три часа, спрашивают, кричат:
- Таня! Как Лена себя чувствует?
- Все хорошо, хорошо. Покушала, спать легла, спит она.
- Ну, хорошо.
- Давайте вы чего будете пить: чай или молочко горячее?
- Мы ничего не хотим, мы лягем отдыхать.
Теперь приходит вторая ночь, солдат и говорит:
- Огневой, мне эта девушка очень понравилась, пухленькая, хорошенькая такая, ты не можешь мне ее принести?
- Да, чего я не могу, все я могу, принесу!
Побег Огневой, принес ему.
- Ну, как ты, моя золотая, спала?
- Да всю ночь не спала.
- Чего?
- Про тебя все думала, ты очень ласковый и хороший.
- Да?
- А у меня ведь мать-отец сегодня приехали, ну как они меня хватятся. Полезут на балкон, а меня нету. Подымут всю деревню, тебя милый заберут. Давай я домой пойду.
- Куда пойдешь. Давай вон, Огневой, неси ее.
Огневой взял, понес,
Теперьчи прислуга, говорит:
- Ляксандр Иванович! У нас Лена пропадала две ночи.
- Как так пропадала?
- Так пропадала, где была не знаю.
- Да может, где в углу сидела, ты не видела?
- Да глядела я, свет включала, ее нет нигде тама.
- А куда она могла? Если бригадир Ванька - ему двадцать пять лет - она его не видела, никого она у нас не видела. Откуда она могла?
- Да вот тут солдат пришел, говорят, больно красивый.
- Да как она могла его увидеть?
- Да как, она сидит на балконе-то, сидит и глядит, видит всех.
- А как он ее мог взять?
- Солдат, он кого хошь возьмет, их обучают всему. Он пришел и вытащил из окна-то.
- А где он проживает?
- Да четвертый дом вот, две ночи почивал.
- Ах, дай мне веревку.
Онадает веревку.
- Я сейчас его удавлю, - барин говорит.
Он на площадке повесил веревку, двоих нанял веревку стеречь, а четверых за ним идти. Они стук-стук, а он кричит:
- Открыто, не заперто!
Они вошли:
- Здравствуй, молодой человек!
- Здравствуй.
Они говорят:
- Давай, собирайся.
- А далеко ли?
- Да там барин для тебя петлю припас.
- А за что? Что я убил кого или ограбил кого?
- Ты там ему расскажешь, милый!
- У меня там в воинском билете одни награды и благодарности.
- А вот ты там ему и скажешь, нам сказать нельзя. Если мы ему скажем, он нас на три дня посадит, ни пить, ни есть не даст. Нам ему ничего говорить нельзя, а то на ссылку ссылает.
-Ага.
Собирается солдат, а Татьяна говорит:
- Лена, сейчас солдата-то поведут, погляди.
А она как увидела, он нарядный да красивый. Она хотела броситься на асфальт прямо, а она ее схватила:
- Ты куда, дура? Там два милиционера идут - Ты чего, дура?
Она и заорала:
- Ой, какой он красивый, какой он хороший. Как он меня ласкал, как он меня унимал.
Начала ппакать.
Приходит солдат на площадку.
- Вот для тебя петля.
- Для чего? Я кого убил, - солдат говорит, - или чего украл у кого?
А барин:
- Ладно, знаешь ты, за что. Знаешь за что.
- Ну, объясни давай за что, я знать буду, за что кару терпеть.
Народу столько собралось - все село.
- Говори давай!
А барыня:
- Знаешь ты, подлец, за что! Дочка наша у тебя была.
А солдат говорит:
- Ну-ка, Огневой, давай пять овчарок!
Бегут пять овчарок.
- Грызите, - говорит, - вот барина да барыню, они мне петли припасли, хотят меня давить ни за что.
Они и начали их грызть. Барин кричит:
- Солдат! Прости. Я тебе прощу все.
Солдат говорит:
- Не прощу ни за что! При таком народе ты меня оконфузил. Грызите их!
Овчарки загрызли их до смерти.
- Закопайте их, - солдат приказал, - закопайте их как паршивых!
Закопали их. Народ весь кричит:
- Солдат, как тебя зовут?
- Меня зовут Володей!
- Володя, ставай на его место у нас в председатели, мы видим ты уж очень хороший человек!
Ну, он говорит:
- Ну, ладно, я стану. Вы будете мне помогать?
- Будем, Володя, будем! Будем помогать!
- Ну давайте мне помощника.
- А у нас вот помощник Ванька, ему двадцать пять лет. Он все у нас поля вспахал, все убирает — вот тебе помощник.
Вызвал он Ваньку:
- Пойдешь ко мне в помощники?
- Пойду!
- Ну, вот мы будем работать, давайте мне квартиру.
- А квартира, - говорят, - ступай, где барин жил. Там такая квартира. Там только двое живут: дочь и прислуга.
- Вань, ты меня сведешь?
- Сведу.
Пошел. Стук-стук! Прислуга:
- Войдите!
- Здравствуй, мамаша, - солдат говорит. - Не пустишь меня на квартиру?
- Дак как не пустить, да нас только двое осталось. Пустим мы тебя. Давай раздевайся, милый.
Она кричит:
- Лена! Квартирант пришел. Пускать что ли?
- Пускай, что мы с тобой вдвоем живем.
- Ну, слезай, познакомимся с ним.
А она уже с ним знакома. Она слезает.
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
А он как увидел - она уж очень красивой была, они ее никуды не пускали:
- Ой, какая красота, - говорит, - служил я три года, везде ездил, но такой красавицы невидел!
