Повесть о продюсере.

Многие люди спрашивают меня, какую роль я играл в группе «ТАТУ» или, как было принято тогда говорить, в музыкальном проекте «ТАТУ». Выходило несколько моих интервью на эту тему и даже было написано пара книг, где я фигурировал как герой. Однажды был даже сделан мультфильм в формате заставки несостоявшегося супер телешоу. Всего этого оказалось недостаточно, так как журналы ушли в историю, а интернет не смог вместить в себя их электронные версии. Лишь старичок YouTube запомнил мультик, где я достаточно эффектно летаю от одного персонажа к другому, как супергерой. Ну и в реалити-шоу «ТАТУ в Поднебесной» я периодически появляюсь в разных качествах.

В английском журнале The Face наш товарищ Чарльз сравнивал меня с опальными олигархами, и в целом, думаю, обо мне был он особенного мнения. Возможно, он считал меня крутым мафиози, и поэтому статья в этом почётном ультрамодном журнале выглядела как захватывающий с первых кадров фильм. В русском издании журнала ОМ я выглядел уже более комедийно и как-то по-русски ближе к весёлому дураку, чем к маститому продюсеру и тем более опальному олигарху.

Но давайте по порядку: откуда я взялся и почему многие добрые люди так ничего и не осознали, наблюдая за мной долгие годы, так и не разобрались, в чём моя суперсила и почему я был супергероем этого мультфильма, летящего куда-то далеко в бездну с нарисованными баксами. Точнее, в этом смешном мультике я летал от одного нашего объекта к другому или гонялся за некоторыми героями, обрушивая на них дождь из американских купюр.

В своём повествовании от первого лица, как говорят в издательствах, я расскажу вам «историю любви в деньги», о которых можно было лишь мечтать, а иногда даже и держать их в руках, попадая при этом в невероятно остросюжетные истории, выкарабкиваясь из которых, я оставался жив и невредим, чего нельзя сказать о многих моих товарищах. Царствия им всем Небесного, и земля для них вся устлана белым пухом. Это я точно знаю, так как жили они по любви, а про деньги не думали. Они с ними играли, как с горящими шарами, и бросали их в топку международной славы, а те, у кого их не было или они заканчивались, просто отрезали от себя всё, что имело ценность для проекта, и так же бросали в топку.

Итак, на дворе 1999 год. Мне 24 года. Лето, Питер, сухо и солнечно. Очередной кризис в разгаре, и мне ничего не остаётся, как активно развивать новые темы, возникшие на основе предыдущего 98-го, когда в один день российские деньги обесценились в 4–5 раз, что через полгода-год привело к необратимым последствиям.

Я разъезжаю по обменникам, расположенным в пятизвёздочных отелях Санкт-Петербурга, собираю доллары у охранников и везу их на биржу, зарабатываю на этом пару сотен баксов и возвращаюсь домой. Параллельно мне удаётся получить заказы на растяжки в городе с рекламой рейвов и концертов, делать контракты на продакт-плейсмент (сюжетную рекламу) в кинофильмах, проводить маркетинговые акции в ночных клубах и на вечерних концертах звёзд. Сам я тоже даю концерты и выступаю в самых модных тусовках Питера. Пишу песни и создаю аранжировки с лучшими электронными композиторами и диджеями тех лет: DJ Shuri, Никита Коровин, Сергей Пельмень, DJ Primat, DJ Tisha, Юрий Усачёв, Евгений Арсентьев. Все эти ребята владели навыками создания аранжировок на компьютерах и делали замечательную музыку. Объединив их в Союз Электронных Композиторов, я стал получать заказы на песни и аранжировки от московских артистов. Мы делали для них ремиксы и иногда песни.

Мой приятель Михаил Шапиро тоже включился в раскрутку СЭКа и передал после концерта группы «Тату» в ночном клубе «Плаза», диск с нашими работами для разных артистов, концертному директору группы Леониду Дзюнику. Тот, ознакомившись, пригласил нас в московский офис для встречи с продюсером группы Иваном Шаповаловым. Я решил, что это отличный повод для знакомства, и отправился в Москву на встречу к молодой легенде шоу-бизнеса. К тому времени я уже был знаком с разными продюсерами и знал, что все они были большими оригиналами: Юрий Айзеншпис, Владимир Матецкий, Сергей Изотов. Я продавал им музыку и участвовал в проектах с их участием.

Иван превзошёл все мыслимые и немыслимые грани и на встрече сразу начал провоцировать на спор о музыке, её стилях и направлениях, заявив, что всё, что мы привезли из песен и аранжировок, можно назвать «easy listening» и он не понимает такую музыку, так как влюблён в другие жанры. На встречу я взял с собой выдающегося мастера аранжировки и электронного композитора Женю Арсентьева. Я, как правило, останавливался у него в гостях в Москве, и мы куролесили по всем ночным клубам, а также после моих концертов с группой «Чемпионы».

Мы удивились такой несерьёзной дискуссии и с улыбкой на лице попрощались со странным продюсером. Переместившись из офиса в грузинский ресторанчик и заказав себе аджарские хачапури с красным вином, мы с Женей бурно смеялись и обсуждали разницу между питерским восприятием музыки и московским или даже российским в целом. Иван, очевидно осознав, что ребята мы интересные, не заставил себя долго ждать и пришёл к нам из офиса поговорить ещё о чём-то, что не давало ему покоя. Очевидно, на встрече в офисе он отметил мои качества переговорщика и решил не обрубать концы, а постараться использовать меня в целях развития проекта «Тату», но не в музыкальной сфере, а в маркетинговой. Да и в целом нам было комфортно обсуждать какие-то темы по бизнесу, не затрагивая художественные пристрастия. Расстались мы хорошими товарищами, и Ваня даже заплатил за стол. Уходя, он обронил фразу: «Не пропадай».