Христиане имеют неопровержимое доказательство страданий смерти Спасителя: своего рода «документ Фомы неверующего». Именно так можно назвать криминалистическую экспертизу отпечатка Тела Господа нашего Иисуса Христа на Туринской Плащанице, произведенную французскими учеными Гайе, Терме, Виньоном, Римером и Кольсоном. Научным языком с элементами полицейского протокола нам бесстрастно рассказывается, как иудеи и римские солдаты убивали Богочеловека.

Всем христианам воздается по вере их. Католикам дано было произвести приводимую ниже экспертизу, вложить персты в раны. Нам, православным, откровение о муках Господних ниспослано было без анализов и микроскопов, просто в безбожной круговерти мы о нем забыли. Но в памятниках русской духовной литературы XI-XIX веков мучения Господа, запротоколированные недавно научной экспертизой, без каких-либо существенных расхождений давно описаны глубоко верующими людьми.

Прежде чем обратиться к этим свидетельствам, необходимо сказать несколько слов о Туринской Плащанице — льняном полотняном покрове с отпечатком израненного Тела Христа, покрове, которым Он был обернут при погребении.

В 1204 году, после разграбления Константинополя крестоносцами. Плащаница была вывезена во Францию, где долгое время тайно хранилась как частная собственность. В 1532 году ей грозила гибель в огне во время пожара в церкви Святой Часовни французского города Шамбери, но чудесным образом святыня была спасена. В конце XVII века Плащаница была перевезена герцогами Савойскими в итальянский город Турин, где и поныне находится в часовне в стеклянном ковчеге. Превосходные фотокопии оригинала Туринской Плащаницы в масштабе 1:1 можно увидеть в московском Сретенском монастыре.

1898 году Плащаница была сфотографирована мастером фототехники С. Пиа, который увидел, что темные пятна на Плащанице оказались на проявленной фотопластинке белыми. Таким образом было установлено, что изображение на Плащанице — негатив. Физик Кольсон впоследствии пришел к выводу, что алоэ и смирна, которыми было смазано полотно, вступили в химическую реакцию с испарениями от Тела Господня (которое, из-за наступления утром иудейского праздника Пасхи, не удалось обмыть), а полученное в результате реакции вещество, в свою очередь, оксидировало полотно, превратив его в химический негатив. В общем, материальных подтверждений достаточно; парадоксально, что их получили в эпоху нигилизма неверующие или полуверующие прагматики, ведь истинные христиане в подобных доказательствах никогда не нуждались.

Тогда первосвященник разодрал одежды свои и сказал: Он богохульствует! на что еще нам свидетелей? вот, теперь вы слышали богохульство Его! как вам кажется? Они же сказали в ответ: повинен смерти. Тогда плевали Ему в лице и заушали Его; другие же ударяли Его по ланитам и говорили: прореки нам, Христос, кто ударил Тебя?

(Мф. 26, 65-68).

Исследование отпечатка на Туринской Плащанице, произведенное в Сорбонне

«...Носовая кость перебита от удара с левой стороны. Левая щека сильно опухла — она касалась Плащаницы, и ее отпечаток оказался гораздо сильнее, чем правой. С левой стороны тело над скулой разбито, и эта сторона отечная... Подбородок ярко очерчен, особенно слева. Справа на нем пятно от крови или глубокой раны. Изображение лица асимметрично. Этот человек очень много страдал, и черты лица после смерти неодинаково сократились. Кроме сказанного — много следов от ударов и увечий.

Плечи приподняты. Грудь имеет такую форму, как у людей, умирающих от удушья (недавно медицина определила, что люди, распятые на крестах, умирали от удушья)... На руке пониже запястья — большое пятно от раны. Раны на ногах в тех же местах, что и на руках, и того же типа...»

«Раны поразительно реальны во всех своих деталях: на висках и на лбу коричневые пятна — сгустки запекшихся капель крови. Они создают форму венца (терновый венец Спасителя). Капля над левой бровью несколько продолговатая: кровь текла из раны, затем запеклась на коже. Такая капля всегда принимает форму мисочки: эритроциты закрепляются с боков, а внутри капли остается сыворотка, жидкость, которая сильнее испаряется, и по мере этого процесса поверхность капли вгибается. Это место и отпечаталось на Плащанице с идеальной точностью, как более светлое. Здесь следует заметить, что никогда, нигде ни один художник не додумался именно так естественно изобразить каплю крови. Капля на Плащанице была суха задолго до смерти, часов за 12, судя по цвету и форме ее отпечатка (бичевание было за сутки до смерти).

На груди (на Плащанице — слева, значит, на теле - справа) пятно от раны между ребер, окружностью в 4,5 см. К нему снизу примыкает другое пятно, имеющее вид потекшей крови. Потекла она, когда человек, получивший рану, был в стоячем (вертикальном) положении. Струя крови, очень обильная, имеет идеально натуральное очертание и дала ясный отпечаток на Плащанице.

На левой руке рана и большой сгусток крови (правой руки не видно, на ней лежала левая). Оба запястья темные, так как обильно орошены кровью от сквозных ран. Кровь стекала по рукам по направлению к локтям. Гвоздь был вбит не посередине ладони, как принято изображать, но выше, в центре запястья, между костей.

Раны на ногах видны обе. Очертания их очень четки, так как кровь запеклась задолго до прикосновения полотна. В одном месте края кровяного пятна зубчатые, так как жидкость разошлась по ниткам полотна обильнее; на этом месте пятно светлее. Это пятно от сукровицы (серум), которая вытекла из раны при снятии тела: обсохшая рана была потревожена освобождением от гвоздя.

Вдоль всей спины и таза расположены раны от бичевания, одна около другой, каждая окружностью в 3 см. В центре удара отпечатки чернее, ибо там были раны глубже и крови больше. По краям пятна светлее — там была сукровица, которая текла долго, ибо раны раздражались одеждой и медленно сохли. Этими ранами усеяна вся спина, поясница и ниже. Всего их 18. Они нанесены особым бичом, употреблявшимся римлянами: "флягрум", состоящим из нескольких концов веревок с большими и тяжелыми металлическими пуговицами на концах. На правом плече широкая полоса — след от тяжелого Креста, который Спаситель нес на Голгофу.

Лицо изувечено: перебита носовая кость, опухла левая щека и рассечена скула. И в то же время на лице царственная ясность и покой, — лицо неповторимое в мире. Трудно себе представить (ибо это слишком было бы неправдоподобно), чтобы это было тело не Иисуса Христа. Кто же другой в истории, при всех описанных обстоятельствах и признаках, мог иметь такие же раны, так же умереть распятым на кресте, в ту же эпоху, среди того же народа, чтобы его не успели обмыть и помазать, чтобы Плащаница все же была приготовлена, чтобы кто-либо другой имел такое же изумительно-прекрасное единственное в мире лицо, кто бы так же, как Христос, оставался бы не более двух-трех дней в Плашанице, ибо в противном случае не было бы вообще изображения на полотне, так как тление (уже не испарения) уничтожило бы ясные пятна и очертания на нем».

РАСПЯТИЕ

Хор ангелов великий нас восславил,

И небеса расплавились в огне.

Отцу сказал: «Почто Меня оставил!»

А Матери: «О, не рыдай Мене...»



Магдалина билась и рыдала,

Ученик любимый каменел,

А туда, где молча Мать стояла,

Так никто взглянуть и не посмел.

А. А. Ахматова