С давних пор две деревни, расположенные по­одаль одна от другой на берегах Псковско-Чудского озера, народ называл (да и теперь именует): од­ну — «Любовкой», а другую — «Изменкой».

... Это было в те времена, когда ливонские рыца­ри совершали частые набеги на землю Псковскую. Вел в «зажитье» свою дружину храбрую молодой псковский князь, чтобы покарать разбойников за насилия, грабежи, за кровь русскую.

Стоял лютый январь. Спустилась ночь, разбу­шевалась снежная пурга. Заблудился князь, отстал от своих друзей-воинов.

Долго блуждал он по оврагам и сугробам, по­ка не набрел по огоньку на деревушку, стоящую на крутом берегу озера.

Здесь он, изнемогший, нашел приют, и голубо­окая девушка не покидала князя, пока не вызволи­ла его из цепких когтей смертной болезни.

Долго дружина искала своего князя и, наконец, нашла его бодрым и здоровым.

Тепло попрощался князь с любезной девушкой и направился со своей дружиной в путь. Долго смотрела девушка вслед князю и только когда последний воин из дружины скрылся за оврагом, с грустью в сердце вернулась домой. Днями и ноча­ми тосковала девушка по князю и часто с любовью произносила его имя, а свою деревню ласково наз­вала «Любовкой».

Тянулись дни и недели ожидания. С тревогой ждала девушка весточки о любимом князе.

Наконец, дошла весть до девушки, что князь здоров и с победой вернулся в свой родной город. За ней — другая молва: князь в последнем перехо­де задержался в соседней деревушке, на берегу то­го же озера, на Узмени. Не могло сердце девушки простить князю, что он в своем победном походе не навестил ее, позабыл, изменил любви к простой крестьянке.

Шли годы. Как и прежде, называла она свое се­ление ласковым именем «Любовка», но к этому слову, как туча к ясному солнечному дню, присое­динилось другое — тяжелое и мрачное — «Изменка».

Так и до сего времени на берегу озера стоят се­ления, именуемые «Любовкой» и «Изменкой».