Жил дед да баба, было у них две доцке. Дед поехал с бабуй на ярманку. Доцкам сказал: „Вы останетесь, идите за ягодам: котора больше всех ягод набере, той куплю золотое яецко и курьяньськую шубку“. Ну, вот пошли в ягоды. Эта набрала малая больше, а большая не набрала. Вот взяла эта сястра большая малую вбила, закопала, принесла ягоды домой.

Приехал батька с ярманки, привез золотое яечко и курьяньськую шубку. Эта говорит: „Я набрала ягод, а тая не знаю, куда делася“. Дали ей эту шубку и золотое яецко. Этуй нет и нет.

Церез несколько время ехали этым бором, там уже заросло все на этой могилке, тростняк там и все. Еде барин с куцерем. Куцерь говорит: „Барин, какое место? Мы с тобой ездили, не бывало такой горы и такая цудная выросши-трось“. Куцер слез, вырезал эту трость. Вот сделал он дудку. Взял он дудку и стал играть. Дудка говорит: „Ах, ты, куцерь, потихоньку, ты, кормилец, потихоньку; сестра меня убила за лукошко ягод, за курьяньськую шубку, золотое яецко“. Куцер поиграл и удивился, отдал барину. Она и барину этак: „Барин, потихоньку, что меня сестра убила за лукошко ягод, за курьяньськую шубку, золотое яецко“. Оны поехали и заблудили и попали как раз в тую избушку, где эта девушка была убита.

Яны приехали к этому старику, выпросились ноцавать. Вот их спрахывают старик и старуха; оны волнуются, што пропала доц: „Вот вы такие-то дальные, у нас то-то было [пропала дочь], не слыхали ли, не видали ли?“ Барин растолковал: „Принеси сецас, куцерь, дудку, вы послушайте, как эта дудка буде играть“. Вот эта дудка стала играть (она запела!): „Уж ты, тятька, потихоньку, ты, кормилец,

потихоньку, сестра меня убила за лукошко ягод, за курьяньськую шубку, золотое яецко“. Вот яна и матке так и сестре так, что ты меня убила, она всим так сыграла. Вот барин приказал тую достать, а эту на коневьем хвосту разорвать.