Был бенный Степан-охвотник. И он пришел с охвоты домой — пообедать нечево. Отворилось окошко — влетае голубка в это окно, вдарилась в об пол, сделалась красавица, такая девушка. Потом и говорить: „Степан, я буду твоей женой“. — „Глупая, говорит, што ж мне жана? Мне самому нечево обедать, а не только тебя прокормить?“ — „Сыты будем, Степан, об этом не говори!“ Так она и состоялася женой. „Ходи, говорит, в ково в знакомого, возьми рублей сорок денёк“. Он пошел, в онново знакомово занял сорок рублей денёк. „Ступай на рынок, купи разных мотков ниток“. Он пошел на рынок, купил разных мотков ниток. Ну, потом она начинае ковер вязать. Связала ковер. „На, Степан, неси на рынок, продай этут ковер. Токо не торгуйся, хто што буде давать — за то отдай“.

Вынес он на рынок, развесил этот ковер, собрался народ к этому ковру; даже прочему народу, которы сдали — не добиться посмотреть: никто не видывал таких ковров. Еде инерал. „Што тут за публика?“ — „Ваше присходительство! Таких ковров, я думу, и вы не видывали“. — „Отшанитесь, публика!“ Генерал подходи близко и смотря. — „Да, праведно, што я таких не видывал! Што цена?“ — „Што дадите!“ Инерал посулил тысщу рублей. Он взял инералу подал. В этово генерала невдолги годя — бал. Потом протчие и говорят хто што: „Я, говорит, вот то-то види либопытное“. А вон и говорит: „Вы тово не видывали, што я видел! Вот не токо я видел, а в меня сечас есь“. Принося этот ковер, развернул этот ковер. Эты гости вси смотрють. — „Где вы взяли? Таких мы ветшей ишша и не видывали!“ — „А вот Степана, говорит, вохотника хозяйка такие работая“. — Потом царь посылае деньшшыка к этому Степану. Потом Степан смотри в окно, говорит: „Хто-то в кореты еде“. Ну, вот приехал деньшшык, переставил ногу через порог, посмотрел на ево хозяйку, не мог ответить ничево и въехал обратно. Докладае чарю, што я был вот в Степана, ну, осмотрел ево хозяйку. Ответить не мог я ничево.

Потом государь сам садится на повозку, приезжае к этому Степану, ногу через порог переставил, посмотрел на хозяйку, ответить не мог ничево. С этым обратно поехал. Потом он стал разыскивать волшебников, этот государь: как бы этово Степана сгубить? Нашлась такая бабка-волшебница. Тая говорить государю: „Инаце никак, говорить, ево [не сгубить]: дайте задачу, што за тридевять земель там есь золотой баран. Пушшай он ево достаня. А иначе уж оттуда он никак не придё“. Государь ему дал задачу, чтоб достать тебе за тридевять земель золотого барана. Он приходя к хозяйке и говорить: „Вот топерь, говорить, што буде, што достать мне барана за тридевять земель“. Вецером позно хозяйка открыла окно, позвала буйные ветры: „Буйны ветры! Вы везде бушуете, достаньте мне за тридевять земель тридесятого царства золотова барана“. Буйны ветры немедленно сряду отправились. Наутре приносють этово барана. Хозяйка буде этово Степана: „Неси этово барана“. Степан взял, понес к государю этово барана. Принес этово барана, подал.

Государь начинае эту бранить волшебницу: што вот, ты говорила, Степан не достаня. Эта волшебница опять начинае по книгам. Нашла в книгах то, што, говорит, пошли ты вот туда Степана. Пушшай он принесе то, неведомо што. Призывае Степана государь: „Принеси мне то, неведомо што“. Приходя домой и говорит своей хозяйке: „Вот послал туда [неведомо куда], принеси то, неведомо што“. Хозяйка открыла окно, позвала ветры: „Ну, вот, буйны ветры, вы летаете, везде бушуете. Где найти то, неведомо што?“ Ветры отказали: „Мы этово не знаем“. Потом она начинае по книгам искать. Искала — не нашла. „На, Степан, вот я табе дам клубочек. Куда этот клубочек покотится, туда и ты иди“.

Этот Степан взял клубочек, пустил. Клубочек котится, и Степан идет. Прикатился этот клубочек к фижины, заходя Степан в эту фижину. Сидит старая старуха. „Куда, Степан, идешь?“ — „Иду туда, неведомо куда, принести то, неведомо што“. — „Да, друг Степан, — эта старуха отвечае. — Попробую искать!“ Она зачала искать и не могла найти нигде. В тот момент скача лягушка-квактушка. Эта старуха сряду сгребла яну, эту лягушку: „Не знаешь ли ты?“. Эта лягушка отвечае: Я знаю. Это буде дело за морем. Пушшай иде со мной, я ево отправлю“. Потом он пошел с ней вблизь моря. Эта лягушка начинае дуться. Потом она как надулась: „Ну, Степан, садись на меня, держись крепши. Вот я за море отправлю“. Вот эта лягушка поплыла. Переплыла морё, начинае речь говорить Степану: „Вот, Степан, пойдешь ты вот такой-то тропой и буде там огроматная гора. На этой горы буде нора. Ты в эту нору ступай; будет там темно, ты ошшупай, там есть шкапик, ты в этот шкапик влезь. И придуть люди, будуть говорить. Ты там слушай“.

Пошел он этуй тропой. Пришел к этой горы. Влез в эту нору, ошшупал шкапик, влез в этот шкапик, сидить спокойно. Слыша звук людьми. Потом приходють в эту нору. Один и говорить: „Брат-сват, зажги огонь“. Потом сряду огонь открылси. „Брат-сват, собери стол!“. Накрылся стол. На столе разные ествы. Потом покушали. „Брат-сват, вбирай всё!“. Потом вобрал. „Брат-сват, туши огни!“. Самы пошли. Выходя Степан со шкапику. — „Брат-сват, зажги огни“. Сичас огни зажег. „Брат-сват, как покушать?“ Сицас стол набрался. Степан садится кушать, налил две рюмки водки. „Брат-сват, иди выпьем вместе!“ Этот сват и говорит: „Вот с таким бы я пожил. Скоко лет служу, никогда не пригласять!“ Ну, вот Степан начинае речь говорить: „Пойдем, брат-сват, со мной“. — „Пожаласта, возьми! Я от тебя непрочь“. Покушал Степан, вобрался стол. Огни потухли. Степан начинае с норы выходить.

Вышел с норы и скричал Степан: „Брат-сват, тут ты?“. — „Я от тебя непрочь: куда ты, туда и я“. Идет Степан этуй же тропой. Приходя к изморью. „Брат-сват, как мы поедем?“ Брат-сват говорить: „Вот нам лодка плывет“. Немедленно является лодка. Садятца оны в лодку, едуть оны морюм. Есь там прекрасное место, остров. Приехали к этому вострову. Степан и говорить: „Брат-сват, отдохнем“. — „Можно!“ Потом этот Степан говорить: „Брат-сват, собери стол!“ В тот момент приходя к этому острову корабель. Выходя с этово с корабелю инерал. — „Бытто бы, говорит, тут не бывало такова острова“. Степан сделал приглашению инералу за этут стол. Инерал удивился. „Как вы, — этому Степану, — как вы из дома набралися этых продухт“. Этот Степан отвечае: „Я, говорит, из дома не вожу ничево“. — „А где вы берете?“ — „А вот покушаем“. Вот оны покушали. Стяпан сказал: „Брат-сват, вбяри стол“. Сцас стол вобралсе. Этот генерал вудивилси. Потом со Степаном рец и говорить: „Давай, говорить, хороша в меня шашка — а в тебя говорить луччы. Давай, говорить, поменяем“. Этот Степан: „А што говорить, шашка може работать?“. — „А сколько хошь войска — она, говорить, всех перерубя“. Стяпан не хотел поменять. Брат-сват ему тихоньку сказал, Степану, што вот меняй; я с ним не буду, а с тобой буду. Буде шашка с тобой, и я буду с тобой. Потом Степан взял поменял.

Потом и поехал Степан. Немного проехалши, этот Степан крикнул: „Брат-сват, тут ты?“ — “Тут!“ Вот оны приехали к этому государю. Он и говорить: „Ну што, привез?“ Он и говорить: „Да“. — „Показывай!“ Он сряду скрикнул, Степан: „Брат-сват, набери стол!“ Сичас сват набрал стол — как царю кушать. Этот царь види, што ничим Степана никуды не сверзить: крикнул своим лакеям: „Срубите Степана“. Только лакеи подошли к ему, хотели рубить яво, крикнул Степан: „Руби, шашка!“ Шашка зачала рубить всех, правых и виноватых. Потом крикнул Степан: „Руби царя“. Шашка взяла срубила царя. Степан обратно пришел к своей хозяйке, остались на местах [т. е. вместе] жить.