Жил, они еще молодые были, не больно старые, у них было три дочери, у них была последняя дочь Машенька, Он поехал на ярманку (все убрали летом) и говорит: «Ну, дочки, чего вам купить?» Одна и говорит: «Купи мне, батюшка, большой платок нарядный». А вторая говорит: «А мне, батюшка, купи таку орехову ветку: листочки огневые, а орешки золотые». - «Не знаю, где, дочка, такую ветку я куплю».

Поехал, а сам все думает. Всего накупил, платок купил, платье купил. Пошел к прилавкам. Все елочки можжевеловые. «Мужики, а вы не знаете одну таку веточку - орешки золотые, а листочки огневые?» - «Что ты, дедушка, здесь нету; в лесу, может, где есть».

Поехал он по лесам домой, Всего накупил: и колбасы, и всего. Видит он лес, взял топорики говорит: «Пойду, не найду ли тут где ореховой ветки». Ходил, ходил, нигде не нашел. Пошел уж на лошадь. Хвать, светлеется что-то. Там не орехова ли ветка? Рубил, рубил. А оттоль медведь вылезает, оскалил зубы: «Кто тебе приказал мою ветку рубить?» - «Да, медведюшка, не трог меня, у меня дочка Машенька, вот она мне и приказала: «Найди, папа, такую ветку, листочки огневые, а орешки золотые». - «Ставь ее на телегу, вези ее своей Машеньке, а мне завтра привези свою Машеньку. Не привезешь - я приду, весь дом твой сворочу».

Поставил отец Орехову ветку, а сам всю дорогу плачет. Приезжает, дочери его встречают. Он им подарки отдает. Эта подходит, а он плачет. А жена говорит: «Что ты плачешь?» - «Да как мне не плакать-то! Медведь велел завтра Машеньку привозить. Орехова ветка на его бугорке выросла».

Мать начала плакать. А Машенька говорит: «Папа, мама, не плачьте, значит, моя судьба такая. Как ты меня подвезешь, я закрою глаза, он меня сразу проглотит». - «Да, может быть, он тебя не проглотит, а будет грызть тебя!» - «Ну, пусть укусит, я и помру сразу».

Легли. Машенька уснула. Вес спят, а отец с матерью никак не уснут: «Как же мы будем такую красавицу провожать к медведю!». Собрались утром, чаю попили, поехали в лес. Машеньку нарядили в ново платье. Сестры поцеловались с ней, простились, заплакали. Поехали они, подъезжает отец, сворачивает, а мать говорит: «Постой, дедушка, я возьму святой воды, его святой водой оболью, он, может, не так окрысится на нас». Она взяла трехлитровую банку, воду святую, на него и полила. А с него вся медвежья шкура и съехала. А он красивый, кудрявый парень: «Ой, Машенька, ты моя судьба! (Ей только семнадцатый год). Ты моя жена будешь». (А она сжалась). - «Папа, я тебя буду папой звать, мамой звать. Мама, как это ты догадалась, воды святой взяла!». Он взял лопату, медвежью шкуру закопал. - «Пойдемте ко мне в гости». Повел их к себе в гости. А там на столе-то и вино, и колбаса, и ветчина, и апельсины - чего только нету! - «Садитесь давайте за стол!». Начал их угощать. (Сказка есть сказка, правда?)

Начал их угощать: наливает отцу, наливает себе, наливает матери и Машеньке. Машенька сказала: «Я пить не буду». - «Ты, значит, меня не любишь, Машенька? Говори вот при матери, я тебе не понравился?» - «Да чтой-то». - «Ну, говори. Понравился - выпьешь». А мать говорит (ей понравился жених-то, красивый, кудрявый): «Ты, Машенька, уж выпей». Она выпила, отец с матерью выпили. Ну, чего теперича? Отец и говорит: «Пошли к нам в гости». А у него яды-то - две сумки наклали да коробицу. Ну, поехали. Лошадь звали Жулик. «Ну, Жулик, давай вези нас». Хватит. Народ глядит: «Да что это! Машка поехала на ярманку - идет обратно, и парень с ней сидит красивый, кудрявый. Где это они его подцепили? Дядя Василий, да где-то ты парня подцепил?» - «Да шел из армии. Шел из армии, а мы поехали на ярманку. Он говорит, там никакой ярманки нету. Сел с нами и поехал. Ему вон Машенька понравилась. Он и поехал. Говорит: «Я у вас поживу маненько». Ну, и все».

Приехали, выпили, и стал жить у них.