1. Было его дело в Петербурге. Однажды шли по петербургской по мостовой улице три солдатика. А Пётр Великий любитель был в штатской одеже похаживать. И шол за этими солдатами, позАде их. А они были как раз подвыпивши. И занимаются там разговором разным, там между собою.
Как раз неизвестной купчик едет в коляске. Один из солдат и говорит; «Ой, — говорит, — кака прекрасная коляска! так бы и прокатился на такой коляске!» А второй и говорит: «Што ето на такой коляске? Вот я бы на государственной коляске, вот бы прокатился!» Третей: Это, — говорит, — што! Нет, вот я бы с вельможами посидел бы в кругу». — «Што, ето ничтожное дело! Вот я бы Екатерину его [взял бы замуж...]»
2. Этот Петр Великий всё ето выслушал. Он в ето время подходит к имя: «Позволите вас, солдатики, пригласить в ресторан, угостить! Я, — говорит, — вообще солдат уважаю». — «Конечно, хто как понимает; которые уважают нашево брата, а которые и пренебрегают». Он одно настаивает, што «я солдат уважаю. Пойдёмте в ресторан». Согласились и зашли.
Он потребовал дюжину пива. Выпили, вторую. Хорошо- И начал спрашивать: «Вы в котором взводе служите?» Первова спросил, сказал; второва распросил и третьёва. «Хорошо, — говорит, — як вам побываю на праздники, в свободное время, погуляю с вами в казармском буфете: я до страсти люблю солдат». Коhда вышли из ресторана, уже сделались они очень пьяные, эти солдаты. (Извозчик, отвези етих солдат в казармы». Рассчитался с извозчиком и отправил.
Они приехали, расхвастались: «Вот какой нам человек попал, запоил нас в ресторане! Вот приедет он к нам в праздник. Посмотрите: денег-то у нево сколько, страсть!» Легли спать.
3. ЗаутрО от государя императора приходит денщик, докладывает дежурному по роте, щто «такие такие-то солдаты, таких-то рот здесь?» Дежурный взял записку, прочитал. «Эти лицы здесьч. — «Пусчай немедленно сейчас они собираются к государю императору на лицо». Живо они почистили аммуницию свою, собрались и пошли.
Коhда пришли, он выходит. «Здраствуйте, братцы!» — «Здравия желаем, ваше императорское величество!» — «А што? вы были или нет вчера в городе?» — «Да, были». И тогда они подумали: «Неужели мы ему — вчера шли пьяные — да чесь не Отдали?» — «Виноваты, ваше императорское величество! потому что мы были очень пьяные». — «Ничего, ничево! Но только — шли коhда, так какую речь вели между собою?» — «И право, мы не можем запомнить, выпивши были». — «Нет, коhда вы ешо были в веселом виде, тоhда што говорили? быть может, про меня?»
Один сознался: «Виноват, ваше императорское величество, я вОт што говорил: вот бы в вашей коляске прокатицца». — «Хорошо!... Идите, — лакеям скричал, — прокатите ево!» Он сел и Проехал улицу. «Ну, как. 1 хорошо ли в коляске катанца?» — «Очень даже приятно». — «Изволь целковый, ступай опохмеляйся!»
Второй: «Я вот што говорил: с важным вельможам посидеть а средине». — «Хорошо!» Скричал вельмож. «Сиди!» Сел, сидит; немного посидел и стал. Государь и спрашивает: «Ну, как? хорошо?» — «Так точно, ваше императорское величество!» — «Изволь целковый!»
4. Речь дошла до третьеаа. Тот туда-сюда. «Ничево, ничево! говорите!» — «Я вот што говорил, ваше императорское величество...» Велел налить ему государь три бокала водки-сивухи — золотой, серебреной и медной. Тот выпил. «Ну што? водка какая — разная или одинаковая?» — «Одинаковая, — говорит, — сивуха!» — «Так, — говорит, — и жена одинаковая: што моя, то и хресьянская!»
Подобная приведенной сказке известна и у башкир Уфимской губернии. А именно: Три башкира увидели царевну на балконе и подумали-сказали все трое: «Хорошо было бы иметь ее своей женой». Узнав об этом, царевна пригласила их к себе в дом. Здесь подали им яиц — простых и .золоченых. Башкиры ели простые яйца. Царевна приказала им отведать золоченых. «Одинаков ли вкус яиц?» — «Одинаков». Тогда царевна сказала: «Точно также и женщины: одеты ли оне в парчу или нет — все одинаковы». {Русская жизнь. 1892. № 265, статья К. М-с).
Аналогичная турецкая сказка «Плотник и султан» приведена, между прочим, в книге Федора Эмина «Нравоучительные басни» (изд. 3-е. СПб., 1793. С. 15—23. № 6): Плотник работал неподалеку от султанского дворца, увидел султаншу и влюбился. Перестал работать и все караулил у дворца: не поедет ли султанша на прогулку. Султан, переодетый в платье простолюдина, увидел плотника в грусти, спросил его. Тот, хотя и не сразу, но открылся в своей любви к султанше. На другой день султан, опять переодевшись, принес плотнику блюдо вареных яиц, наверху коих красовалось раскрашенное разными китайскими узорами яйцо, и попросил плотника взять то яйцо, которое ему больше всех нравится. Плотник тотчас же взял крашеное яйцо. «Почему ты выбрал это?» — «Красивее!» — «Положь его обратно; я его тебе скоро возвращу». Велел своему слуге вынести блюло и все яйца очистить. Слуга принес яйца без скорлупы. «Теперь возьми свое красивое яйцо!» — «Как же я его узнаю? Все одинаковы!» — «Так и султанша: разодетая хороша, а в простом платье не лучше твоей жены!»