1. Жили-были кот да петух. Кот пошол в лес дрова рубить, а петуха оставил дома: «Ты, — говорит, — петух, оставайся домовничеть, да не подавай голос-от, колда прийдет лисица!» Кот-от колда ушол, лисица-та и пришла и стала говорить:

 

«Петушок, петушок,

Золотой гребешок,

Масленна головка,

Сметаиныя ножки,

Выгленн в окошко —

На золоте губненном

Еички катают».

 

Петушок и выставил головку-ту. Лиса ево схватила да и понесла в лес.

Вот петушок и закрычал:

 

«Коты, коты, коты!

Понесла миня лиса,

темные леса,

быстрыя реки!»

 

А кот ничево не слышит.

2. Вот кот пришол домой; хватился петушка — нету. Кот настроил гусельцы, пошол к лисице под окошко и стал натреньгивать:

 

«Трень, трень, гусельцы,

Золотыя струночки!

Ишо дома ли лисафья-кума,

Во своем ли теплом гнездышке?

У ие-то есь четыре дочери:

Ишо одна-та дочь — Чучелка,

А друга-та — Парачелка,

Третья-то — Подай-челнок,

А четвертая — Разбей-горшок!»

 

Лисица и говорит: «Поди-ко, Чучелка, послушай, хто это так хорошо напеват?» Она вышла за ворота-та, — кот ие ну бить. Бил, бил, под гору спехал да и заиграл опеть:

 

«Трень, трень, гусельцы,

Золотыя струночки!

Ишо дома ли лисафья-кума,

Во своем ли теплом гнездышке?

У ие-то есь четыре дочери:

Ишо одна-та дочь — Чучелка,

А друга-та — Парачелка,

Третья-то — Подай-челнок,

А четвертая — Разбей-горшок!»

 

«Поди-ко ты, Парачелка, послушай, хто это так хорошо напеват?» Вот Парачелка вышла, — кот ие бил, бил, под гору спехал, а сам опеть заиграл:

 

«Трень, трень, гусельцы,

Золотыя струночки!

Ишо дома ли лисафья-кума,

Во своем ли теплом гнездышке?

У ие-то есь четыре дочери:

Што одна-та дочь — Чучелка,

А друга-та — Парачелка,

Третья-то — Подай-челнок,

А четвертая — Разбей-горшок!»

 

«Поди-ко ты, Подай-челнок, послушай, хто это так хорошо напеват: те ушли да и заслушались». Подай-челнок вышла за ворота-та, — кот ие ну бить; бил, бил, под гору спехал, а сам опеть заиграл:

 

«Трень, трень, гусельцы,

Золотыя струночки!

Ишо дома ли лисафья-кума,

Во своем ли теплом гнездышке?

У ие-то есь четыре дочери:

Што одна-та дочь — Чучелка,

А друга-та — Парачелка,

Третья-то — Подай-челнок,

А четвертая — Разбей-горшок!»

 

«Поди-ко ты, Разбей-горшок, послушай, хто это так хорошо напеват: те ушли да и заслушались!» Разбей-горшок вышла за ворота-та, а кот ие давай бить; бил, бил, под гору спехал, а сам опеть заиграл:

 

«Трень, трень, гусельцы,

Золотыя струночки!

Ишо дома ли лисафья-кума,

Во своем ли теплом гнездышке?

У ие-то есь четыре дочери:

Одна-та дочь — Чучелка,

А друга-та — Парачелка,

Третья-то — Подай-челнок,

А четвертая — Разбей-горшок!»

 

Вот лисица и говорит: «Да-ко я сама послушаю: хто это так хорошо напеват?» Вышла за ворота, а кот ие и давай бить; бил, бил, спехал под гору; сам зашол в избу. Петушок, как увидел кота, так и закрычал: «Ку-ко-ре-ку!»