Шут
Автор: Карл Маркс
(05.11.2012 / 17:09)
одной деревне жил шут. Недалеко от деревни у купца был пир, на пиру был поп; услыхал он, что есть шут, которой каку угодно можот шутку сшутить. Шут приехал и спрашивает попа: «Какую тебе шутку сшутить, за сто рублей или за двести?» — «В сто рублей». Шут взял деньги и унёс. Попу денег жалко стало и поехал к шуту денег просить, и видит, сидит девица под окном. Он и спрашивает: «Шут дома?» — «Дома нету, а с его денег не получишь». — «А вы хто?» — «А я сестра, и зовут меня Шута Баламута да Шутова Маршута. Возьми меня в роботницы, я деньги сто рублей отработаю». А это шут и был. Поп взял, и заставили баню топить. У священика было три дочери. Шут пошел в баню, со старшой дочерью и познакомилса, потом и со второй, даже и до третьей дело дошло. Не через долгое время стал свататься жених за старшую дочь. Она оказалась беременна; жених стал свататься на второй и на третьей, и те были беременны. Поп и придумал отдать Шутову Маршуту. Обвенчали, положили спать, муж стал ее обнимать, ласкать, а жена говорит: «Вы меня, пожалуста, не троньте, я не могу ничего терпеть». А муж говорит: «Дак как же, раз обвенчались дак?» — «А вы лучше отпустите меня до ветра». Муж и пошел, а она и говорит: «Мне при вас совесно, привежите верёвку». Он привезал, она и пошла. Шут привезал борана за рога, мужу скучно стало ждать, он спрашиват: «Што долго?» Ответу нет. Муж и потенул за верёвку и вытащил борана. Известили батюшку. Шут перенаредился в мужицкое платье, пришел к батюшку сестра проведыват: «Каково моя Маршута поживат?» — «Очень хорошо, да я её отдал взамуж, но только что она на первой ночи от мужа убежала». Шут стал просить Маршуту, поп и зять заплатили шуту по 100 рублей, штобы он некуда не ходил и не просил на них. Шут не согласился, поп и зять прибавили еще по сту. Шут сказал: «Ну, давай, чорт с ей, быват и найдётся». Четыреста получил и ушел. От этого Шута недалёко жили розбойники; узнали, что у шута денег много. Шут догадалса, что розбойники придут, он взял затащил в избу лошадёшку и подал немудринького кормишечку, привезал ко хвосту мешочик с деньгами. Розбойники заходят в избу, шут по мешочку и ударил молоточком, деньги россыпались. Шут и говорит розбойникам: «Тише, братцы, вишь кобыла серебром серёт, если бы кормил овсом, золотом бы срала». — «Продай нам кобылу». — «А купите, двести рублей возьму». Дали двести рублей, повалили на телегу и привезли домой; завели в комнату, подослали ковров на пол, надавали овса и сидят, дожидают, скоро ли кобыла золотом засерёт. Кобыла ела, ела, объелась и задристала, всё огадила. Розбойники и говорят: «Пойдём и шута убьём». Шут догадалса, взял заколол телёнка, изжарил, поставил на стол. Розбойники вошли, он их садит: «Садитесь, гости любящи, покушать». Розбойники закусили и говорят: «Пойдём с нами, мы тебя удавим». Повезли. Привезли к пролуби и оставили зашитым в куле, пролубь замерзла, спустить нельзя было; розбойники пошли за топором да за пешней, чтобы пролубь еса! Тянут меня за волоса на небеса, только судить не умею, давай меняться». Писарь согласился. Поменялись. Шут залез на лошадку и уехал. Розбойники пришли, росчистили пролубь и пустили куль в воду. Идут домой, а шут навстречу: «Здравствуйте, робята!» — «Да ты, шут, здесь?» — «Здесь». — «Как очутилса здесь?» — «Я там коней имал, видите, теперь у меня сивко да бурко». Розбойники и говорят: «Шут, соспускай и нас». Он согласилса, принесли кульё, он всех и переспускал.