Старицек с работником сено косил, пришли люди, сказывают: «Бог помощь, работницки! Вот, — скажут, — говорили, мужика убили в эком месте». Ну, а этот старик, бересту дерут на клуб, и свил да в кошель и положил с берестом. «Вот, — скаже, — разбойники, мужик мужа убил». И пошли домой роботники; роботники вслед идут, а у него из кошелья кровь бежит. Пришел старик, кошель бросил в сени и прошел в фатеру, а роботники посмотрели, што у него в кошеле: и в кошеле целовецья голова. «Ну ты, крещеный, — говорят, — убил старика». Ну и пришел то десятский и понятые смотреть этого, кошеля; посмотрел, то целовецья голова и есь. У ёго туг запецятали, а его посадили в темницю. Он и сидит там, и решение пришло выпустить его под наказание. Не поверил-ся он священнику, што осужал, а не грешен, не убил никого, пришли распецятали кошель, а там лежит бересто голова. (За то наказание, што осудил другого.)