Один цярь держал слугу и все ездил с ним вместях. У царя поросли ослиные уши и он наказывал слуге строго: «Не говори ты никому, не выноси». Слуга терпел, терпел и не мог больше выносить, вышел из терпения. Пошел он на улицу к дороге, где гуляют, возле дороги розгрёб землю и припал к земле: «Есть, — говорит, — у чяря ослиные уши, выросли, а не знать какие». Затем выросло дерево над этим местом. Ну и поехал царь со слугой прогуливаться. А это дерево царю-то и кланяется: «Есть, — гыт, — у царя ослиные уши». — «Поставь, — говорит царь, — лошадей у березы-то». Сам спрашиват: «Што березка, — говорит, — кланяется-то». А вот кланяется, говорит: «Не говори, не выноси в люди, што есть ослиные уши у цяря. Ну и я терпел, терпел да и не вытерпел, землю розгрёб и шепнул, што у царя ослиные уши. А вот выросла березка так объясняется». — «Ну, — говорит, — уж если мать-земля не могла выдержать, то где же крещеному не сказать дружка дружке».