- В вашей, сударь, деревне - у мужика под овином лежал.

- Ну, а кабы овин-то вспыхнул?

- Я б его прочь отпихнул.

- А кабы овин-то загорелся?

- Я бы, сударь, погрелся.

- Стало, ты мою деревню знаешь?

- Знаю, сударь.

- Что, богаты мои мужички?

- Богаты, сударь! У семи дворов один топор, да и тот без топорища.

- Что ж они с ним делают?

- Да в лес ездят, дрова рубят: один-то дрова рубит, а шестеро в кулак трубят.

- Хорош ли хлеб у нас?

- Хорош, сударь! Сноп от снопа - будет целая верста, копна от копны - день езды.

- Где ж его склали?

- На вашем дворе, на печном столбе.

- Хорошее это дело!

- Хорошо, да не очень: ваши борзые разыгрались, столб упал - хлеб в лохань попал.

- Неужто весь пропал?

- Нет, сударь! Солоду нарастили да пива наварили.

- А много вышло?

- Много! В ложке растирали, в ковше разводили, семьдесят семь бочек накатили.

- Да пьяно ли пиво?

- Вам, сударь, ковшом поднести да четвертным поленом сверху оплести, так и со двора не свести.

- Что ж ты делал, чем промышлял?

- Горохом торговал.

- Хорошо твое дело!

- Нет, сударь, хорошо, да не так.

- А как?

- Шел я мимо попова двора, выскочили собаки, я бежать - и рассыпал горох. Горох раскатился и редок уродился.

- Худо же твое дело!

- Худо, да не так!

- А как?

- Хоть редок, да стручист.

- Хорошо же твое дело!

- Хорошо, да не так!

- А как?

- Повадилась по горох попова свинья, все изрыла-перепортила.

- Худо же, Афонька, твое дело!

- Нет, сударь, худо, да не так.

- А как?

- Я свинью-то убил, ветчины насолил.

- Эй, Афонька!

- Чего извольте?

- С чем ты обоз пригнал?

- Два воза сена, сударь, да воз лошадей.

- А коня моего поил?

- Поил.

- Да что же у него губа-то суха?

- Да прорубь, сударь, высока.

- Ты б ее подрубил.

- И так коню четыре ноги отрубил.

- Ах, дурак, ты мне лошадь извел!

- Нет, я ее на Волынский двор к собакам свел.

- Ты, никак, недослышишь?

- И так коня не сыщешь.

- Жену мою видел?

- Видел.

- Что ж, хороша?

- Как пестра!

- Как?

- Словно яблочко наливное.