(Английская баллада).

1.

Был в средневековой Англии один бедный и незнатный рыцарь. Средства на жизнь он добывал разбоем, убийствами и предательством. Поэтому достаточно быстро сколотил себе состояние и стал самым богатым и уважаемым в графстве Суссекс графом. Звали его, соответственно, Арчибальд Суссекский. Или третий. Потому что он стал третьим владельцем замка Аганор. Предварительно убив его строителя и первого владельца сэра Данглора Обескураженного. И вынудив переписать недвижимость на его имя наследника покойного, сэра Эндрю Неосторожного, который, вследствие этого, впал в нищету и пошёл по дорогам.



Арчибальд быстренько объявил его покойным и насильно женился на его «вдове», урождённой герцогине фон Розенфельд. Которую, впрочем, тоже довольно быстро сжил со света своими неуёмными сексуальными фантазиями и мелочными придирками по хозяйству.

В общем, по тогдашним меркам бывший рыцарь Арчибальд был достоин полного восхищения и подражания. А поскольку он был весьма набожен, и денежки у него водились, новоиспечённый граф не поленился съездить в Рим и приобрёл индульгенцию на все свои прошлые и будущие грехи у самого Папы. После чего пустился во все тяжкие.



Он бы, может быть, и королём смог бы стать, если бы не ленился совершать лишних усилий. К тому же, вот незадача, его покойная жёнушка, прежде чем присоединиться к немногочисленному пока сонму призраков замка Аганор, произвела на свет девочку.

Арчибальд был бы не прочь иметь сына, но вот дочка никак не вписывалась в его планы. Хотел он втихаря придушить малютку, но потом решил, что ладно, пускай живёт. Ведь и в самом чёрством сердце есть капля жалости. Гитлер вот, говорят, собак очень любил.



Девочка, предоставленная больше самой себе, чем домашнему ненавязчивому воспитанию, несмотря на средневековую антисанитарию и нерегулярное питание, а так же царившие в замке сквозняки, выжила и выросла. Её звали графиня Элизабет Арчибальд-Софья Суссекская, или, по-домашнему, Бетти.



Юная графиня унаследовала красоту матери и бурный темперамент отца. Не приходится удивляться, что невинность она потеряла довольно рано, в пятнадцать лет совратив с истинного пути юного пажа Оскара Клэрфайла, семнадцати лет от роду. Однако паж интересовал её лишь как объект сексуального влечения. Никаких нежных чувств к нему девочка не испытывала и нисколько не огорчилась, когда через год юношу посвятили в рыцари и отправили в крестовый поход в армии короля Ричарда Львиное Сердце. Из похода он, кстати, не вернулся, женившись на знатной византийской девушке и оставшись жить в её поместье.



Бетти, потеряв своего первого парня, по примеру отца пустилась во все тяжкие. Она вступала в интимную связь (открыто или инкогнито) с рыцарями, оруженосцами, пажами, странствующими монахами, охотниками, рыбаками, пахарями, арендаторами, поварами, конюхами. И прочими лицами мужского пола.

Своевременно предпринимаемые меры предосторожности позволяли юной графине получать чистое удовольствие без неприятных последствий в виде беременности. Я, кажется, уже говорил, что Бетти была невероятно умной и предусмотрительной девушкой.



Пару раз Бетти попробовала любовь своих фрейлин и пришла к выводу, что мужчины нравятся ей гораздо больше.



Один раз для интереса она забралась далеко в лес и согрешила с разбойником. Говорят, он с тех пор в окрестностях замка Агенор не появлялся, зато в Шервудском лесу после той истории откуда-то появился злобный Робин Гуд.





2.

Меж тем граф Арчибальд, почувствовав приближение старости, стал более внимателен к своей дочери и единственной наследнице его огромного состояния, нажитого самым бесчестным путём. Пока графа боялись, но как посмотрят на неправедно нажитые миллионы королевские констебли после его смерти? Чтобы сохранить награбленное добро и обеспечить безопасность дочери, её следовало выдать замуж за особу, приближённую к королевскому дому. Чем граф и решил заняться в ближайшее время.



Для начала он наладил с дочерью контакт и был поражён сходством их характеров и родством душ. Теперь часто они вдвоём, далеко опередив свиту, носились на лошадях по заснеженным вересковым пустошам, травя лисиц. Охота стала для Бетти любимейшим, после сами понимаете чего, развлечением. Да и папаша уже не казался ей страшным чудовищем. Напротив, она нашла его весьма продвинутым кавалером и охотно поверяла старому графу свои девичьи тайны. Арчибальд просто раздувался от гордости за дочь, её ум, красоту и темперамент и как ребёнок радовался, что в своё время не придушил доченьку.



Однако одну свою тайну, самую главную, Бетти графу Арчибальду так и не доверила. А было так: Однажды вечером, вскоре после того, как отец заинтересовался дочерью, Бетти, отпустив служанок, сидела у себя в комнате в Западной башне и расчёсывала перед сном свои рыжие волосы.

Вдруг за незастеклённым (не изобрели ещё оконного стекла) оконным проёмом послышался шорох кожистых крыльев и на перила балкона, заслоняя вечерний свет, шлёпнулось что-то тяжёлое и пахнущее серой.



Поплотнее завязав тесёмки ворота ночной рубашки и взяв сарацинскую саблю, Бетти, держа оружие наготове, стала красться к балконному проёму. Она была уже близко к выходу из спальни, когда в проём всунулась чешуйчатая, зубастая голова и щёлкнула чрезвычайно острыми зубами в длинной пасти. На Бетти тут же уставились маленькие свирепые глазки с вертикальными зрачками. Они как раз над этой пастью находились.



Бетти, не утруждая себя лишними мыслями, сделала выпад, как учил её отец. Острое железо прошлось по морде дракона. Потому что это был именно дракон, Бетти сразу узнала свирепую тварь, хотя раньше видела их только на плохих картинках в церковных книгах.

Дракон отпрянул. Его голова скрылась за камнем, а до Бетти донеслись слова сказанные глухим, но не лишённым приятности голосом:

- Вах, какая решительная девушка!

- Да, я такая. – Заявила она, снова поднимая саблю.

- Вот драться только не надо. – Сказал дракон, осторожно высовывая голову из-за стены. – Ты мне и так чешуйки на носу повредила, а они знаешь какие чувствительные!

- Ты гонишь, - сказала Бетти, но саблю опустила.

Дракон между тем протиснулся в комнату и оказался не таким уж большим, как представлялось вначале. Всего-то футов пятнадцать он носа до кончика хвоста.

- Нисколько не гоню, - ответил Дракон, отставляя в сторону хвост и неуклюже усаживаясь в кресле. – Посмотри сама. – Он протянул к ней голову на достаточно длинной шее.

Бетти посмотрела. Действительно, несколько чешуек были сбиты, на морде проступила кровь.

- Я перевяжу? – Спросила она.

- Сделай милость. – Согласился дракон.



Бетти тут же задрала ночную рубашку и, оторвав от подола длинную полосу, собралась перевязать дракону морду, а заодно, для безопасности, и зубастую пасть. Но тут её внимание привлекла совсем другая часть тела дракона. Сами понимаете какая.



- Ого! – Сказала юная графиня, - А чего это мы так возбудились?

- Ноги у тебя красивые.- Застеснялся дракон.

- Я и сама ничего. – Сказала Бетти и покружилась перед собеседником. Ночная рубашка взметнулась колоколом.

Дракон возбудился ещё больше и протянул к девушке передние лапы.

- Только без рук! – Сказала Бетти. – Я сама всё сделаю. Дракона у меня ещё не было. – Добавила она, стаскивая с себя ночную рубашку, под которой, разумеется, не было никакой другой одежды.



Она действительно всё сделала сама. И осталась очень довольна результатом. Потому что мужское естество дракона было длинным, в меру толстым, горячим и покрытым мелкими мягкими чешуйками, которые доставили девушке особое удовольствие. Да и язык у него был хоть куда: длинный, гибкий, горячий и раздвоенный. Но больше всего графиню поразило то, что она выдохлась быстрее, чем её партнёр. Раньше такое случалось крайне редко.



Она сползла с того, что у рептилии называется коленями, и улеглась на кровать поверх одеяла. Похлопала рукой возле бедра. Дракон соскользнул с кресла и улёгся рядом, прикрыв девушку крылом.

Новоявленные любовники проговорили почти всю ночь. Дракона звали Джеймсом и он поведал Бетти удивительную историю своего рода.





3.

Отец Джеймса был странствующим рыцарем. Он добывал себе пропитание, слоняясь тут и там и за умеренную плату сражаясь с разбойниками, еретиками, василисками, колдунами и драконами. Занятие это было опасное, малопочтенное и не слишком хорошо оплачиваемое.



Как-то раз жители Норфолка наняли отца Джеймса (которого звали Артур в честь древнего короля бриттов) для убийства дракона, поселившегося в окрестностях их города и доставлявшего немало проблем фермерам и мелким землевладельцам. Артур привычно наточил меч, почистил латы, сел на коня и поскакал искать логово дракона. Работал он всегда один, без оруженосца. Чтобы забирать себе всю прибыль в случае успеха предприятия.



Привычно отыскав драконьи следы, странствующий рыцарь пошёл по ним и вскоре отыскал пещеру в известковых холмах. Судя по количеству набросанных вокруг бараньих и коровьих костей, именно здесь обитал дракон. Артур спешился, привязал коня к ближайшему кусту ежевики и, обнажив меч, вошёл в пещеру.



Там он увидел небольшого, всего то футов десять, дракона и хотел без разговоров его прикончить, но дракон выгнул спину и как кот стал тереться о бока рыцаря. Точнее, как кошка. Потому что это была самка, к тому же в период течки. Ну а поскольку столь редкому виду существ как драконы тяжело найти себе пару, её возбуждение и вылилось в обжорство и свирепость по отношению к местным стадам. Такое ведь и у людей бывает, разве не так?

Артур, уже достаточно хорошо разбираясь в повадках теплокровных звероящеров, именуемых драконами, и будучи долгое время лишён женского общества, пожалел юную самку и, сбросив свои доспехи, вступил с ней в интимную связь. Которая и завершилась взаимным удовольствием.



После того, как Артур натянул штаны и застегнул все ремешки на латах, самка дракона (Артур назвал её Кэтти), поманила его за собой вглубь пещеры. И тут у рыцаря в прямом смысле слова отвисла челюсть. Потому что он увидел кучу золотых монет, самоцветов и прочих драгоценностей на общую сумму никак не меньше тридцати тысяч фунтов стерлингов. Причём фунтов старых, докризисных, полновесных и недевальвированных. После этого слегка влюбившийся Артур воспылал к Кэтти такой страстью, что решил немедленно жениться на ней. О чём тут же ей и сказал. Она не возражала.

Нагрузив коня драгоценностями из пещеры, они отправились в Шотландию. Так жители Норфолка совершенно бесплатно избавились и от дракона и от странствующего рыцаря подрядившегося его (то есть её) убить.



В Шотландии молодые обвенчались у жреца-друида, всё ещё практиковавшего в этой дикой стране. По понятным причинам к христианским священникам Артур по своему делу обращаться не решился.

Став законными мужем и женой, Артур и Кэтти поселились в замке Мак-Дональд, задёшево приобретённом ими, вместе с прилегающими угодьями, у обедневшего барона Эдмонда Мак-Дональда (Да-да, дальнего родственника того самого Мак-Дональда).



Рыцарь и дракониха жили душа в душу. Да и то сказать, какой же мужчина не мечтает о молчаливой, красивой, страстной в постели и неприхотливой в быту жене? К тому же с большим приданым при полном отсутствии тёщи и прочих родственников! Ну а то, что она дракон, так это, у каждого, как говорится, свои недостатки.



- Значит, ты пошёл в мамочку? – Хмыкнула Бетти.

- Не совсем. – Ответил Джеймс – Сейчас покажу. - Откатившись в сторону, он свалился с кровати. Шлепок был довольно громкий.

Бетти подняла голову и закричала. Потому что из-за кровати поднялся прекрасный рыцарь. Ну, может быть не совсем рыцарь. Ведь когда молодой человек голый, трудно судить о его роде занятий и социальном положении.

- Это ты? – Спросила Бетти, резко заглушив свой крик.

- А то! – Хмыкнул Джеймс, забираясь на кровать.

- Ничего! – Оценила его телосложение Бетти. – Но в виде дракона ты смотришься прикольнее.

- Я в курсе. – Ответил Джеймс и сжал её в объятиях.

Когда они снова смогли оторваться друг от друга, Джеймс рассказал, что у него есть брат – полностью человек, сестра, способная выбирать форму тела и ещё один брат - дракон на сто процентов. В общем, мама в их семье была весьма плодовитая. И, главное, живородящая. Джеймс не вылупился из яйца и в облике человека имел вполне нормальный пуп на положенном месте. Как и все остальные части тела.



Что же касается появления Джеймса в замке Агенор, то это совсем просто. Будучи больше мужчиной, чем драконом, он, пролетая как-то раз мимо по своим делам, заметил Бетти и влюбился в неё с первого взгляда. Да и второй взгляд не разочаровал. Поэтому по пути назад он решил познакомиться со столь очаровательной девушкой. И ему это удалось. Хотя способ знакомства, как заметила Бетти, был несколько экстравагантен.



- Кошмар! – Сказала Бетти утром. - За одну ночь я переспала с драконом, человеком и оборотнем! Папе точно придётся раскошеливаться на индульгенцию для меня.

- Да ладно тебе. – Сказал Джеймс.

- Шучу. – Ответила Бетти. – Всё было классно! – Она поцеловала Джеймса и спросила: - Ну и как мы дальше жить будем?

- Буду прилетать к тебе, любовь моя! – Сказал Джеймс.

- Фигня! – Отрезала Бетти. – Тебя выследят и убьют. Будто я не знаю своего папочку. И потом, моя репутация, знаешь ли…

- Есть варианты? – Спросил Джеймс, подпрыгивая, чтобы обратиться драконом.

- Ты ещё не знаешь, с кем связался! – Усмехнулась Бетти. – Конечно, есть.

Она долго шептала что-то в незаметное ухо дракона. Тот внимательно слушал, кивал головой, иногда переспрашивал, а потом, ухмыльнувшись, вылетел в окно.



Через несколько дней в ворота замка Аганор постучался здоровенный рыцарь в чёрных доспехах и с гербом шотландского клана на щите. Доложил, что желает поступить на службу к графу Арчибальду Суссекскому.

Граф долго ворчал, что терпеть не может неотёсанных шотландцев. Рыцарь с трудом убедил его, что он всего лишь родился в Шотландии, тогда как родители его – чистокровные британцы.

Арчибальд по привычке решил прикончить наглеца. Чтобы придать делу видимость приличия, он лично испытал кандидата в бою на мечах, копьях, булавах и кинжалах. Был всё время бит, обиделся, хотел прогнать рыцаря но тут Бетти заявила, что с таким начальником стражи папенька точно не пропадёт.



Граф выпил вина, подумал и… согласился. Заявив при этом дочери, что раз его безопасность в надёжных руках, то он может немного расслабиться и заняться устройством личной жизни своей любимой дочурки. А своего начальника стражи потом найдёт за что прикончить.

Рыцарь и Бетти незаметно переглянулись. Такой поворот дела не входил в их планы. Но пришлось согласиться, чтобы не вызвать подозрений.



Вскоре в прессе, по телевидению и через Интернет… ой, о чём это я?



4.

Так вот, вскоре герольды старого графа Арчибальда раструбили по всей Британии, что желающие рыцари, графы и прочие бароны с герцогами могут свататься к несравненной леди Элизабет и далее перечислялись все её имена и титулы.

Репутация у Бетти была безупречная, несмотря на самые невероятные слухи, ходившие о ней. Да и приданое было обещано немалое. Женихи повалили косяком.



Граф Арчибальд принимал их лично и тем, кто ему не нравился, а их было большинство, безжалостно отказывал от дома. Те, кто приглянулся графу, напротив, допускались до знакомства с леди Элизабет. Но и этих женихов в конечном итоге ожидал полный облом. Наслушавшись баек о неуёмном сексуальном темпераменте Бетти, претенденты рассчитывали на быстрые постельные подвиги. Вопреки их ожиданиям будущая невеста была с ними холодно-приветлива и эмоциональна не больше, чем мороженая рыба. Даже отец её не узнавал.

Причина такого поведения были просты до банальности: Бетти влюбилась в Джеймса, и после него другие мужчины её не удовлетворяли во всех смыслах этого слова. Она проверяла.

Тем временем сам Джеймс хоть и был постоянно на виду юной леди, оставался для неё недоступен. Он, типа, охранял покой графа. Хотя хотел заниматься со своей милой Бетти совсем другим делом. Столь же сильно, как и она с ним.



Между тем допущенные до свиданий с Бетти женихи становились всё настойчивее, и Джеймс уже подумывал повторить последний подвиг Одиссея, но тут в замок прибежали испуганные пастухи и сообщили, что стада графа начал прореживать ужасный дракон!

Разумеется, на разведку выехал начальник графской стражи. Получив, впрочем, указание в драку не вступать ни при каких обстоятельствах. Да он и не собирался.



По первому снегу Джеймс подъехал к бурелому, в котором большой зелёный дракон доедал корову.

- Привет, братан! – Закричал Джеймс, увидев знакомый гребень.

- И тебе не хворать. – Ответил дракон, отбрасывая в сторону обглоданную кость. Он рыгнул и сполз по куче древесных стволов на землю.

- Безобразничаешь, Джон? – Спросил Джеймс.

- Как ты и просил. – Рассмеялся дракон. – У графа весьма вкусный скот.

- Спасибо. Я рассчитывал на тебя. Как родители? – Джеймс ласково потрепал брата по загривку. Тот потёрся мордой о его плечо.

- Отец постарел, а мать держится молодцом.

- Что нового в Шотландии?

- Как обычно. Горцы бунтуют. Пришлось спалить пару деревень особо воинственных кланов.

- Ты постарался?

- Кто же ещё? Я ведь один в семье – огнедышащий. – Гордо сказал Джон и, выдохнув, запалил небольшой костёр.

Братья посидели у костра, поговорили о том о сём и договорились о дальнейших действиях, после чего Джеймс вернулся в замок а Джон забрался в свой шалаш из древесных стволов.



Ночью Джеймсу удалось буквально на минуту заскочить в спальню Бетти и перекинуться с ней парой слов.

Утром девушка заявила женихам, что придумала им испытание.

- У нас по соседству завёлся огнедышащий дракон. Небольшой, всего двадцать футов длины и шесть футов - высота в холке. Но свирепый. У папеньки уже корову и трёх овец съел. Так что я предлагаю всем достойным претендентам на моё приданое устроить охоту на эту зверюгу и, возможно, я выйду замуж за того, кто её прикончит.

- Моя школа! – Прослезился старый граф и, вытерев нос рукавом, велел слугам выгнать надоевших женихов на битву с драконом.



Несколько человек дезертировали сразу. Остальные двадцать четыре рыцаря, гремя доспехами и оружием, ускакали в направлении, указанном начальником стражи. Назад не вернулся ни один.

Через неделю граф по настоянию дочери изменил текст брачного объявления, обещая приданое и всё, что к оному причитается, тому, кто принесёт ему голову дракона. Отозвались пятеро рыцарей. Назад не вернулся ни один. Больше желающих не было. Граф задумался.



5.

Как-то ночью, в задумчивости проходя мимо спальни дочери, Арчибальд услышал характерный скрип кровати. «Развлекается доченька». – С умилением подумал граф и, осторожно приоткрыв дверь, заглянул в комнату.

То, что он увидел, а увидел граф свою Бетти и ненавистного шотландца в положении, устраивающем их обоих, повергло его в шок. А потом - в ярость. Выхватив кинжал, граф кинулся на любовников. Ему бы действовать молча, глядишь, тут бы и сказочке конец, но он закричал:

- Убью паскуду!

И получил по зубам, был слегка бит и обезоружен молодым противником.



Аккуратно скрутив графа шнурком от балдахина кровати, Джеймс, как мог, успокоил Бетти и сказал:

- Граф, раз уж Вы всё узнали, я прошу у Вас руки Вашей дочери.

- Ты и ноги её не получишь! Негодяй, паскудник, развратитель малолетних!



Далее следует страница убористого текста ругательств, которую автор опускает. Уж что-что, а ругаться граф умел!



- И добрый католик. – Закончил мысль графа Джеймс. Бетти хихикнула и зааплодировала.

- Ах, так! – Закричал граф. – Сгною. Обоих. Подонки! В подземелье, в башню, на хлеб и воду! Стража, стража!

Появились стражники. Джеймс и Бетти как раз успели одеться. Джеймс сказал:

- Так, бойцы, поступила новая вводная. Меня до особого распоряжения отвести в подземелье, запереть в восьмой камере, там интерьер получше, кормить три раза в день с графского стола, на прогулку и оправку выводить по первому требованию. Юная леди останется здесь. У её двери выставить караул из двух человек. Обеспечить нормальное питание и уход. Никого, кроме служанок, в комнату не впускать и не выпускать. Моего будущего тестя, – Джеймс указал на выпучившего глаза Арчибальда, - перенести в главный зал. И только там развязать. Вопросы есть?

- Никак нет! – Ответили стражники.

Поцеловав Бетти и заверив её, что всё будет хорошо, Джеймс с достоинством истинного британца удалился в подземелье.



Старый граф Арчибальд, растирая затёкшие от верёвок руки, медленно приходил в себя, хлебая остатки привезённого от Папы мозельского вина. В голове его роились мысли о страшных карах для вероломной дочери и коварного шотландца. Он бы и осуществил эти кары, да вот проблема, собственная стража ему больше не подчинялась! Проклятый Джеймс-Как-Его-Там! «Однако, как организованно всё было»! - не мог не восхититься граф действиями начальника стражи. После чего снова задумался. Думал же граф примерно так:



«Ситуация патовая. Дочка в башне, шотландец в подземелье, я сам в главном зале, у камина. Они-то по своим камерам сидят на всём готовом, графские запасы проедают, а я вот мучаюсь мыслями. Возле угасающего камина, извольте заметить! И ничем ведь их не проймёшь, а простить и дать согласие на брак мне западло, да и не в моих это обычаях. Кто виноват понятно, но вот что делать? Зачем я их одну в колыбели, а другого у ворот замка не придушил? Воистину добрые дела наказуемы»!



Так граф думал недели две. Меж тем над Британскими островами, потеснив тёплый воздух Гольфстрима, завис небывалой силы арктический циклон, принеся с собой настоящие сибирские морозы. И арендаторы графа, чтобы не дать дуба, начали со своими чадами и домочадцами перебираться в замок. Заодно и скотину с собой тащили.



В силу давней традиции, да и из экономических соображений отказать беженцам в приюте граф не мог. Хотя с удовольствием перестрелял бы их из своего верного арбалета. Потому что эти деревенские увальни и бестолочи, натащив в замок всякой дряни, не додумались принести самое элементарное – дрова. А поскольку топить теперь приходилось много и постоянно, графские запасы топлива весьма быстро иссякли.

Тогда граф Арчибальд обратился к совести своих подопечных. Но то ли граф постарел, и его перестали бояться, то ли совести у арендаторов совсем не осталось. Ни один смерд не взял санки и топор и не вышел из замка за дровами. Сам граф справиться с ними уже не мог, а стража, как уже говорилось, перестала ему подчиняться. В общем, все мёрзнут, кутаются в свои лохмотья, но никто ничего не делает. Просто тупо ждут весны. А запасы мозельского вина у графа, между прочим, тоже заканчиваются. Как и фуражные корма для животных. Переходить же на простонародное пиво граф считал ниже своего достоинства.



6.

Делать нечего, помыкался Арчибальд, да и пошёл в восьмую камеру подземелья. Постучался в дверь.

- Кто там? – Спросил его Джеймс.

- Эй, шотландец, не придуривайся, поговорить надо. – Сморщившись, сумел сказать граф.

- Заходите, коли так. – Сказал узник, открывая дверь изнутри.

Вошёл граф. Осмотрелся. Ничего так, уютненько. Тепло, главное. Печь-буржуйка, загородка с углём, буфет, диван, гобелены на стенах, половичок на каменном полу у входа. Умеют же люди устроиться с комфортом!

- Говорите, граф. – Прервал его размышления шотландец. – Наверно, решились таки дочку за меня замуж отдать?

- Э, решился, не решился… Зачем дурные вопросы задаёшь? Мы вот все вымрем тут скоро как мамонты, не дожив до тёплых денёчков.

- Так чего надо-то?

- Дров надо.

- Всего-то? Вы что же, мне леди Элизабет за какие-то дрова отдадите?

- Ну, так родная ж дочка, за что хочу, за то и отдам.

- Тогда по рукам?

- По рукам. – Скривился граф, но руку Джеймсу пожал и в сторонку шагнул, типа, из камеры его выпустил.



Джеймс прошёл по замку. Оглядел ютящихся по углам беженцев и их тощую скотинку. Вызвал стражников. Велел Бетти освободить, ворота замка запереть и быть готовыми открыть их по первому сигналу, а всех смердов с их чадами и домочадцами согнать во двор. Об исполнении доложить.



Не прошло и десяти минут, как капитан стражи доложил Джеймсу, что всё готово. Да он и сам это видел. Вышел перед замёрзшими арендаторами и смердами и сказал:

- Что, паскуды, хорошо за графский счёт живётся?

- Дык, это, мы ж каличные да нищие, типа, последний без соли доедаем, сирые да убогие. – Заныли арендаторы, и смерды им вторили.

- Сволочи вы ленивые! – Обрезал причитания Джеймс и стал раздеваться. А мороз градусов двадцать был. А то и двадцать пять. Правда, без ветра. Между тем остался начальник стражи в одних подштанниках и закричал в толпу страшным голосом:

- Разве это холод? Я вон голый и босой стою и не мёрзну! А ну марш, сволочи, за дровами, не то всех дракону скормлю! – И дал знак открыть ворота.

- А где твой дракон? – Крикнул какой-то наглец из толпы.

- Вот он!!! – Прорычал Джеймс, покрываясь чешуёй и расправляя крылья. Затрещали, расползаясь, подштанники.



Толпа ломанулась прочь из замка так, что трёх человек насмерть в воротах задавили и многих покалечили. Джеймс взлетел над разбегающимися людьми и пророкотал:

- Халява кончилась! Чтоб в замок полный двор дров натаскали! Иначе всех поубиваю. – После чего пару замешкавшихся смердов хвостом огрел, а кого-то и когтями полоснул.



Так дракон Джеймс дал людям негасимый огонь. Потому что поняли они – халява в натуре кончилась. И если само себе не позаботишься – никто не позаботится. Ещё и дракон сожрёт.



7.

Разумеется, Бетти вышла замуж за своего Джеймса и жили они долго и счастливо. Старого графа дочка с зятем быстро отстранили от дел, назначив ему пожизненную ренту и выделив для проживания южную башню замка.

Арчибальд, вспоминая былые дни, азартно травил лис на вересковых пустошах или сидел у камина, рассказывая внукам о своих прошлых злодеяниях. Внуки и внучки его, кстати, все уродились людьми. Да и папаша их в дракона почти перестал оборачиваться. Разве что для устрашения кого или в постели, когда Бетти хотелось острых ощущений.



Как-то после одной из таких забав она спросила у мужа, что стало с её несостоявшимися женихами.

- Ничего особенного. – Сложил крылья Джеймс. – Мой брат Джон рассказал им о нашей любви и предложил решить дело миром. Но ты же знаешь рыцарей! Кинулись в атаку. На их несчастье, в отличие от меня, Джон умеет дышать огнём. Поджарил троих, остальные сами разбежались. После этого инцидента, убедившись, что всё в порядке, Джон улетел обратно в Шотландию.

- А как же последние пять рыцарей?

- Вот уж не знаю. Наверно, до сих пор ищут дракона. – Рассмеялся Джеймс.

- Славный у меня деверь. – Сказала Бетти, сталкивая Джеймса с кровати. Послышался смачный шлепок. – Жаль только, что свекровь дракониха. – Продолжила она, помогая мужу встать с пола и забраться под одеяло.

- Родителей не выбирают. – Вздохнул Джеймс, смахивая с плеча приставшую чешуйку.

– В этом облике ты мне нравишься гораздо больше. – Проворковала леди Элизабет, прижимаясь к тёплому человеческому боку мужа.



Примечание автора: Баллада написана по оригинальному сюжету Анны Лак.