У вдове была коза белобока. Накотила она козлят. Пошла им хлеба добывать. Вот волк пыдглядел, как она козлят прося отворить. Она приходить ко дверям (поет):
Козлятушки, мои батюшки,
отопритеся, отворитеся!
Я, ваша мать, пришла,
молока принясла —
молока под бока,
копыцца водицы,
и творогу на рогу!
Вот они отворюцца ей, она накормить йих и уйдёть. Вот волк под дверь понайдеть (поет грубым голосом):
Козлятушки, мои батюшки,
отопритеся, отворитеся!
Я, ваша мать, пришла,
молока принясла —
молока под бока,
копыцца водицы,
и творогу на рогу!
— Не, наша мамка, ни такая-та, у нашей мамки голосок тоненькяй!
Вот он пришел в кузню и просить кузнеца:
— Переделайте мне язык.
Вот взял ему кузнец, переделал ему язык — он подошел под дверь:
Козлятушки, мои батюшки,
отопритеся, отворитеся!
Я, ваша мать, пришла,
молока принясла —
молока под бока,
копыцца водицы,
и творогу на рогу!
— Нет, наша мамка ни такая, наша мамка ни картавя! — отвичають козляты.
Тот отправляецца опять переделывать. Приходить в кузню — забивае кузнец ему кляп в гузню. Ухватил за хвост, сел маленькай кузнечишка на нос — давай ему зебра выбивать.
— Ох, говорить, постой, — кузнец говорить, — тебе никогда не переделаешь.
Ну, ему пишшык вставили, под козий голос подладили. Приходит ко двери. Козленок какой в печке схоронилси, какой под печкяй, какой на полати, один у дверЕ; он и закричал:
Отопритеся, отворитеся!
Я, ваша мать, пришла,
молока принясла,
копыцца водицы,
и творогу на рогу!
Они отворились. Хоп! — одново съел, полез на печкю — другово, под печкей — третьево, на полатях — четвертаво, а пятаво ни нашел. Пошел.
Она пришла:
— Иде мои козляты?
Бирюк поел — вылазить из печки.
Побежала за ним, нагнала:
— Высинай (Высовывай) язык, ты поел?
— Нет.
— А на што под мой голос подделал? Был грубой голос, а стал тоненькяй!
— Нет.
— Ну, разинай рот, высинай язык!
Высинул язык, а у нево шерсть лежить. Как она ево лбом ударила, так один козленок выскочил, ударила другим — выскочил еще один. Так всех. Вот повяла их домой и вновь зажила с ними.