Шел бык лесом; попадается ему навстречу баран. «Куды, баран, идешь?» – спросил бык. «От зимы лета ищу», – говорит баран. «Пойдем со мною!» Вот пошли вместе; попадается им навстречу свинья. «Куды, свинья, идешь?» – спросил бык. «От зимы лета ищу», – отвечает свинья. «Иди с нами!» Пошли втроем дальше; навстречу им попадается гусь. «Куды, гусь, идешь?» – спросил бык. «От зимы лета ищу», – отвечает гусь. «Ну, иди за нами!» Вот гусь и пошел за ними. Идут, а навстречу им петух. «Куды, петух, идешь?» – спросил бык. «От зимы лета ищу», – отвечает петух. «Иди за нами!»

Вот идут они путем-дорогою и разговаривают промеж себя: «Как же, братцы-товарищи? Время приходит холодное: где тепла искать?» Бык и сказывает: «Ну, давайте избу строить; а то и впрямь зимою позамерзнем». Баран говорит: «У меня шуба тепла – вишь какая шерсть! Я и так прозимую». Свинья говорит: «А по мне хоть какие морозы – я не боюсь: зароюся в землю и без избы прозимую». Гусь говорит: «А я сяду в середину ели, одно крыло постелю, а другим оденуся, – меня никакой холод не возьмет; я и так прозимую». Петух говорит: «И я тож!» Бык видит – дело плохо, надо одному хлопотать. «Ну, – говорит, – вы как хотите, а я стану избу строить». Выстроил себе избушку и живет в ней.

Вот пришла зима холодная, стали пробирать морозы; баран – делать нечего – приходит к быку: «Пусти, брат, погреться». – «Нет, баран, у тебя шуба тепла; ты и так перезимуешь. Не пущу!» – «А коли не пустишь, то я разбегуся и вышибу из твоей избы бревно; тебе же будет холоднее». Бык думал-думал: «Дай пущу, а то, пожалуй, и меня заморозит», – и пустил барана. Вот и свинья прозябла, пришла к быку:

«Пусти, брат, погреться». – «Нет, не пущу; ты в землю зароешься, и так прозимуешь!» – «А не пустишь, так я рылом все столбы подрою да твою избу уроню». Делать нечего, надо пустить; пустил и свинью. Тут пришли к быку гусь и петух: «Пусти, брат, к себе погреться». – «Нет, не пущу. У вас по два крыла: одно постелешь, другим оденешься; и так прозимуете!» – «А не пустишь, – говорит гусь, – так я весь мох из твоих стен повыщиплю; тебе же холоднее будет». – «Не пустишь? – говорит петух. – Так я взлечу на верх всю землю с потолка сгребу; тебе же холоднее будет». Что делать быку? Пустил жить к себе и гуся и петуха.

Вот живут они себе да поживают в избушке. Отогрелся в тепле петух и зачал песенки распевать. Услышала лиса, что петух песенки распевает, захотелось петушком полакомиться, да как достать его? Лиса поднялась на хитрости, отправилась к медведю да волку и сказала: «Ну, любезные куманьки, я нашла для всех поживу: для тебя, медведь, быка; для тебя, волк, барана; а для себя петуха». – «Хорошо, кумушка, – говорят медведь и волк, – мы твоих услуг никогда не забудем! Пойдем же, приколем да поедим!»

Лиса привела их к избушке. «Кум, – говорит она медведю, – отворяй дверь, я наперед пойду, петуха съем». Медведь отворил дверь, а лисица вскочила в избушку. Бык увидал ее и тотчас прижал к стене рогами, а баран зачал осаживать по бокам; из лисы и дух вон. «Что она там долго с петухом не может управиться? – говорит волк. – Отпирай, брат Михайло Иванович! Я пойду». – «Ну, ступай». Медведь отворил дверь, а волк вскочил в избушку. Бык и его прижал к стене рогами, а баран ну осаживать по бокам, и так его приняли, что волк и дышать перестал. Вот медведь ждал-ждал: «Что он до сих пор не может управиться с бараном! Дай я пойду». Вошел в избушку; а бык да баран и его так же приняли. Насилу вон вырвался, и пустился бежать без оглядки.