Они сироты были. По полю шли, поле длинное. Запросил Иванушка пить. Она говорит:

— Солнышко высоко, колодец далеко. Стоит водица — лошадье копытце, да нельзя в нем напиться, а то жеребенок будешь! Братец Иванушка послухался — не стал пить. Стоит коровье копытце.

— Сестрица Аленушка, хочется напиться!

— Братец Иванушка, солнышко высоко, колодец далеко, стоит водица — коровье копытце, а нельзя в нем напиться — коровой будешь!

Идут опять. Иванушка говорит:

— Сестрица Аленушка, хочется напиться!

— Братец Иванушка, солнышко высоко, колодец далеко, стоит водица — бычиное копытце, а нельзя в нем напиться — бычком будешь!

Идут они дальше. Опять Иванушка пить захотел.

— Сестрица Аленушка, хочется напиться!

— Братец Иванушка, солнышко высоко, колодец далеко, стоит водица — козлиное копытце, а нельзя в нем напиться — козликом будешь!

Напился, не утерпел братец Иванушка. Копытце козлиное — стал козлячок.

Идут они в царство-государство. Нанялась она у князя горнишной. Такая же она красавица непомерная. И, вот тебе, она все наблюдала козличка. Куда ни пойдет, а сама [его] берет.

Полюбил ее сын княжецкий. И, вот тебе, девки заревновали прочие:

— Мы, — говорят, — давно живем, и никто в нас не влюбляется.

И вот ее зовут:

— Пойдем, Аленушка, купаться! Она говорит, что вода не тепла. Они ей согрели.

— Пойдем, Аленушка, купаться! Она говорит:

— Вода не бела!

Они ей белили, все купаться манили. Потом пошли они купаться с ней. Они навязали камень на шею — и утопили.

Вот тебе, княжецкий сын ищет их, не находит. У кого ни спросит — никто не знает.

Потом козел вырвется из двора, и к этой речке, и кличет:

— Сестрица Аленушка, выйди ко мне, покорми меня!

— Братец Иванушка, горюч камень ко дну тянет! Вот так-то и раз, и два. Княжецкий сын подглядел и вытащил. Да что же — она мертвая. Вот он схватил этих девок, привязал к лошадиному хвосту — растрепал всех по полю.