Жили два брата, один умнай, а другой дурачок; ни захотелась вмести с братом жить. Дай отдилюси.

— Куды ты, дурак, отделиссе, куды свое именье (о)пределишь? — он спрашиваеть его.

Вот он однажди по лесу ходил — там старая бирёза поломалася, шатается и скрыпить, а дураку-то в голову вобразилася, што старая бирёза жить ево завёть. Вот он раздялилси, достался ему бык. Повёл он к этой березе и привязал: «Ну, матушка-бирезушка, быка паси, за ним смотри!»

Он еще не управился отойтить, а уж воры управились быка увести. Пришел к бирези — быка нет. Пошел — што делать, за чиво браццы и куды девацца? Избы-то нету, брат ни пускае! Ну итить, стала быть, в диревню шатацца. Куды-нибудь надо в работники наймацца. Вот пришел к богатому мужичку, нанялси в работники. Вот живёть он у нево — двор чистя, в конюшни. Послал он ево на мельницу: «Смели-ка ржицы!»

Он, как на мельницы-то не бывал и ничево он не видал, сыпнул в ковш прямо — всю энтыю рожь разметало по анбару. Взял ево мужик ды сыгнал. Вот он шел, шел, и облудился. Обночился он ночивать. И в пустую мельницу зашел. Вот сидить на полу — вдруг слышит стуковень, громовень, и вот [о] ни пришли трое. Слышить: приехали разбойники. «Куды дявацца, сам не знаю. Их трое, я один».

Влез в ковш и сидить. Они зажгли свечку на полу и давай деньги делить. Поделили они деньги, один и говорить:

— Я понясу в ковш деньги.

А другой:

— А я свои под толкачи положу.

Третий:

— Я под пальники (иде меля, под жорнав — пояснение Куприянихи).

Он и думае сидить, как быть. Только он наверх туды влез, он собралси с духам, как оранёть:

— Дянис, бяги на низ, а ты, Хвока, держи сбока, а вы, ребяты, бейтя, ни робейтя, а ты, Иван, дяржи там!

Те ребята подхватили, пометали свои деньги и разбяжались. Што делать, подбяраить дурачок деньжонки, приходить к брату. Брат поглядел, што денег много — как бы ево обделать?

— Брат, иде деньги взял?

Этот отвичаеть:

— Да бог дал.

Ну, брат был хушь дурак, а догадлив. Он деньги показывае, а на ночь их далеко завязывае. Потом взял жанилси. Избенку справил, живуть с жаной поживають, добра наживають.

Я у них была в гостях и мед пила, по губам тякло — в рот ни попало. Люди хорошие!