Дуэль

 

Он просто жил и верил в чудеса,

Аристократ по духу и по плоти.

И вдруг пленили его женские глаза,

Которые увидел он напротив.

И шпаги древней зазвенел металл,

Когда он сердце ей свое отдал.

 

Была прекрасна юная жена,

И в страсти бешеной сгорали дни и ночи.

И князь пьянел не от игристого вина –

От запаха её пьянел, а впрочем,

Чему тут удивляться, суть проста –

В раба мужчину превращает красота.

 

Но как-то вдруг произнесла она

Другое имя среди бури сладострастья.

И вздрогнул он, и наступила тишина, -

Так умирало призрачное счастье.

Нельзя заставить силою любить –

И князь решил жену освободить.

 

Он долго ей смотрел в глаза, и вдруг

Его руки она коснулась осторожно.

Так вот замкнулся прежней жизни круг –

И на немой вопрос ответил он тревожно:

«Сударыня, я не нарушу Ваш покой –

Вы завтра утром станете вдовой!»

 

Покинув замок, князь пустился в долгий путь

Искать того, чьё имя прозвучало.

Влюбленного нетрудно обмануть,

Но невозможно жизнь начать сначала.

Он ехал к старому врагу, что другом был.

Князь помнил всё, он ничего не позабыл.

 

«Ну что, князь, вот и встретились с тобой…

На пистолетах, я надеюсь, будем драться?»

Барон боец был, ловелас, изгой,

И он привык над чувствами смеяться.

«На шпагах будем драться, я сказал!» -

У князя в голосе вдруг зазвенел металл.

 

Но о причинах не спросил его барон,

Он обо всём, конечно, догадался.

«Ну что ж, дуэль – начало чьих-то похорон.

Я ждал тебя давно. И вот дождался…»

И там, в горах, где каждый одинок,

Князь первым обнажил стальной клинок.

 

Они дрались среди пустынных скал,

И крики ярости глушили звон металла…

И вдруг барон с надрывом прокричал:

«Опомнись, князь, неужто тебе мало?

Зачем со смертью глупо так играть?»

Но князь сказал: «Настало время умирать…»

 

И ослабев от ран, вдруг прошептал барон:

«Я до безумия её любил когда-то,

И наша жизнь была как сладкий сон…

Но пред тобой она ни в чём не виновата!

То было раньше… А потом явился ты!»

Но князь разрушил в прошлое мосты.

 

Барон убит был в сердце и лежал,

Сжимая рукоять ненужной шпаги.

А князь сидел, руками рану крепко сжав, -

Оба невольники и чести, и отваги…

Нашли их слуги лишь на следующий день,

Когда на скалы наползла ночная тень.

 

Их хоронили вместе, как друзей, -

А у княгини так дрожали руки,

Что не хватало прежней жизни всей,

Чтобы спастись от неизбежности разлуки.

Двоих мужчин любила пламенно она –

В том было счастье и была её вина!

 

И тучи плакали в угрюмых небесах,

Когда пила она отраву из бокала,

Когда погас огонь в её глазах,

Когда душа на небо тихо улетала.

Что ж, за любовь теперь заплачено сполна!

И жизнь ушла, как океанская волна.

Лишь над могилами тоскует тишина…